YouTube   VKontakte   Facebook   Twitter   Google+   Instagram

Periscope   Livejournal   Ok   Blogspot   Pinterest   Написать письмо

 "Философия и политика". Выпуск 20 RSS News

АВТОРСКИЕ ПРОГРАММЫ > Философия и политика

Выпуск 20. Постпозитивизм - философская доктрина и её политические следствия

Философия и политика

Скачать в мр3 (17 Мб) >>

Перейти к перечню выпусков >>

 


Текстовая версия

Уважаемые товарищи! В этой беседе мы поговорим о философии позитивизма, которая во второй половине 20 столетия была представлена четвёртым этапом развития этой философской концепции – постпозитивизмом. И вот как всегда бывает, доведённая до своего логического завершения доктрина обнажает все свои пороки, в том числе, именно в постпозитивизме выявились все пороки этой субъективно-идеалистической доктрины в отношении политики. Политические выводы из этой доктрины, политические следствия, к которым она подталкивает, имеют совершенно явный классовый характер, заинтересованность. Мы здесь сталкиваемся с классовой заинтересованностью определённых, правящих, эксплуатирующих классов как раз субъективно идеалистической доктрины, которая так или иначе, если не оправдывает, то, во всяком случае, освящает эту такого рода власть, властвование и разделение людей.

Итак, как я уже сказал, это четвёртый этап позитивизма, появившийся во второй половине 20 столетия. Связан он с именами, прежде всего, Карла Поппера, философа австрийского происхождения, который второю половину жизни провёл в Англии и американского философа Томаса Куна. Я не акцентировал ваше внимание на том обстоятельстве, что позитивизм с самого начала, ещё с Огюста Конта поставил своей задачей анализ науки, научного познания. Конт говорил – позитивная наука занимается познанием единичных причин, единичного. Эта тенденция и эта установка, выяснять основания, логику научного познания сохранилась и за четвёртым этапом позитивизма. Особенно в этом преуспел названный Карл Поппер. Он выпустил несколько книг, которые сделали его, как вы можете прочитать в Википедии, видным представителем или даже самым выдающимся представителем логики науки 20 столетия. Посмотрим что же предлагает этот выдающийся представитель логики науки 20 столетия.

У него есть такая работа 50-х годов прошлого века: «Логика научного поиска и логика научного открытия». О чём же он там пишет? Он пытается раскрыть замечательную задачу логики научного открытия, но результат не очень замечательный. Дело в том, что Поппер приходит к выводу, что научное открытие совершается абсолютно случайно, а раз так, то никакой логики тут нет. А почему случайно? И вот тут Поппер приводит интересную логическую аргументацию: всякое научное открытие случайно только потому, что его нельзя предсказать, а всё, что не случайно, закономерно – можно предсказать. И вот тут выдающийся логик Поппер делает выдающуюся логическую ошибку. Что он смешивает? Субъективную предсказуемость чего-то, в данном случае научного открытия, и объективную закономерность. Дело в том, что что-то можно предсказать, если а) имеется закономерность этого чего-то (ну скажем, развития науки), повторяемость, вопроизводимость на новом этапе этого чего-то, существенного, относящегося к прошлому; б) нужно знать саму эту самую объективную закономерность. Если закономерность есть, но мы её не знаем – предсказать мы не можем. Отсюда вывод: отсутствие возможности что-то предсказать отнюдь не означает, что это что-то не закономерно, скорее всего, мы не знаем закономерности. Легко также логически опровергнуть Поппера в основном посыле, что, в принципе, научное открытие абсолютно случайно, а не закономерно. Дело в том, что ни в объективной, ни в субъективной реальности нет ничего незакономерного. Почему, как это доказать? Опять использую излюбленный приём – доказательство от противного. Предположим, что-то незакономерно, что это означает? Вот, например, наручные часы не закономерны, что это означает в их существовании? Это означает, что всякое последующее состояние этих часов никак не повторяет предшествующее состояние этих же часов. Тогда что же это такое? Последующее состояние часов вовсе не часы, раз ни в чём не повторяет предшествующее? Если наше сегодняшнее состояние ни в чём не повторяет наше предшествующее состояние, то это уже не мы. И так в отношении чего угодно. Но мы сказали, что что-то существует. А существовать – это значит сохраняться в изменениях. Диалектика между изменчивостью и устойчивостью в существовании чего угодно, и, конечно же, в существовании и развитии науки, о чём Поппер пишет. Раз мы можем сказать, что что-то существует, эти мы и фиксируем повторяемость, сохранение этого. То есть, вот существуют часы, значит, они как таковые все основные моменты своего существования воспроизводят. Существует Огородников, ваш покорный слуга, значит, от рождения и до смерти он в чём-то соответствует вот этому человеку. В чём-то соответствует, при всём изменении: седой стал, старый стал, но в чём-то сохранение есть. Если нет сохранения, значит, нет уже этого человека. Он либо умер, либо перешёл в совершенно иное качественное состояние, это уже, может быть, и не человек уже. Вот такая, несколько поверхностная, но неоспоримая логика доказательства. Всё что существует, именно в силу существования этого – есть закономерное. Логически Поппер уже в этом не прав.

А как это связано с политикой? А дальше Поппер уже в другой работе: «Нищета историцизма», которая появилась вскоре, опровергает Маркса, упрекая его в рассмотрении истории общества с точки зрения закономерности, в историцизме. Что же Поппер называет историцизмом? Это постулирование уже не закономерности развития науки, а развития общества. Но два момента он связывает: развитие общества не закономерно и предписывание закономерности в развитии общества, это есть историцизм, то есть внесение представленияо закономерном во что-то, что закономерным не является, а является случайным. А как он доказывает случайность общественного развития? Опираясь на доказательство, которое я только что приводил и развенчал – доказательство случайности научного открытия. С точки зрения Поппера, всякий новый шаг на пути прогресса человечество делает благодаря научному открытию. А раз научное открытие случайно, то все эти шаги, следующие за научным открытием – случайны. Здесь Поппер смешивает историю человечества вообще, всю историю существования человека и новейшую историю, свидетелем которой он успел побывать, то есть историю второй половины 20 столетия, когда осуществлялась научно-техническая революция, и когда уже, даже по названию, наука шла впереди техники, впереди производства. Задавала развитие новой техники, новых форм производства. Но это только во второй половине 20 столетия, а до этого наука, отнюдь, не опережала производство. Да и было время, когда и науки-то не было, самого научного познания. Вот весь первобытно общинный период 95 000 лет, какая там наука. Была, так называемая пранаука, которая ничего общего с наукой новейшего времени не имела, были отдельные моменты познания.

Возвращусь к абсолютизации случайности в развитии общества, которую постулирует, доказывает только ссылкой на случайность научного открытия, которое якобы детерминирует новый шаг по пути прогресса общества. В другой своей работе: «Открытое общество и его враги», Поппер утверждает, что случайность общественного развития даёт основания общественной свободе и демократии. А всякий, кто постулирует закономерность в общественном развитии – враг открытого общества. Кто же враги открытого общества? Исторически первый враг – это Платон, уже много раз мною упомянутый, он постулировал становление государства, как всё более полное воплощение идеи государства, так называемого идеального государства. Развитие реального государства подчиняется идеи государства как своему закону, идея воплощается последовательно и неуклонно. Второй враг – это Гегель, который тоже постулировал, с точки зрения Поппера, развитие общества, как последнюю стадию развития Абсолютной идеи. И, наконец, третий враг – это Карл Маркс, который постулировал объективные законы общественного развития. С точки зрения Поппера, нет никаких объективных законов развития. То есть, на основе субъективно идеалистической доктрины развития общества возникает уже политический демарш. И субъективность определяется тем, что впереди сознание, впереди научная мысль, научное открытие, которое к тому же делается случайно. Отсюда случайность в развитии. Всякая закономерность и, тем более, связь эволюции в этой закономерности с революцией – такие вещи могут только враги открытого общества постулировать. Как видите, реакционная политическая доктрина, рождённая в недрах субъективно идеалистической доктрины. Субъективный идеализм всегда приводит к реакционной политической доктрине, как философское основание этой политической доктрины.

Ещё один пример из другой концепции субъективного идеализма. Я кратко беру философию экзистенциализма. Экзистенциализм – это философия 20 века, дословно переводится корнем слова – существование. О чём идёт речь в философии экзистенциализма? О существовании человека. Но не человечества. Экзистенция – это уникальное существование отдельного, уникального человека, личности. Главной изучаемой проблемой экзистенциализм выдвигает проблему смысла единичной человеческой жизни. Он делится на религиозный экзистенциализм и атеистический. Атеистический экзистенциализм покоился на субъективно идеалистической доктрине, а религиозный не объективно идеалистической. Но и то и другой приходили к объединяющему выводу, что, безусловно, нельзя говорить о смысле существования общества. Можно говорить о смысле существования, жизни и смерти человека. Как выражался один из виднейших представителей экзистенциализма 20 века: нельзя поменяться, поделиться с кем-то своей смертью, - это Мартин Хайдеггер, немецкий философ, который считается родоначальником экзистенциализма именно 20 столетия. Точно также нельзя поделиться своей жизнью, она уникальна. Чем ближе ты к социуму, тем дальше ты от жизни и смысла собственного существования. Опять абсолютизация единичного, опять субъективный идеализм.

А какие из этого вытекают реакционные политические доктрины? Раз нет общей судьбы, а у каждого она своя, то нет и общественной закономерности. То есть развитие общества не закономерно, как и Поппера, но с другой стороны. Потому что как такового общества нет, есть отдельные индивиды, отдельные личности (индивид – биологическая доктрина), лучше сказать, со своей уникальной судьбой. Каждый творит свою судьбу, каждый получает, что заслужил, в своей устремлённости к трансцендентности, как высокопарно выражались экзистенциалисты. То есть, выход за пределы существования в самом существовании невозможен. Отсюда получается, что смысла и цели не достичь никому, за что бороться, какие тут политические доктрины могут существовать? Не может быть единой политики, не может быть единой борьбы. Какая там политическая революция, какая там экономическая революция, какая там научная революция. Всё происходит в сознании единичного человека, он должен осознать, в чём сущность его уникальной экзистенции, он должен понять, в смысл его уникальной жизни. Все разбились на отдельно взятые личности, всё общество распалось. Самого общества нет, нет и проблемы общественного бытия. Нет эксплуататоров и эксплуатируемых, каждый творец своей судьбы. Замечательная философия для правящих кругов. Хоть и субъективный идеализм – атеизм, но всё равно замечательная.

Главным представителем объективно идеалистической доктрины в экзистенциализме является Карл Ясперс. Он в середине 20 века придумал формулу демократии – демократия – это плюрализм. Это означает, что каждый творит свою судьбу и нет единой судьбы народа или государства, в целом человечества, нет никаких закономерностей этого. А демократия в этом и заключается – каждому предоставить право управлять своей судьбой, своей жизнью, своей экзистенцией, своим уникальным существованием. Полный плюрализм. Но замечу, вообще философская доктрина плюрализма обозначает не просто множественность, скажем, не просто множественность судеб, сопоставимая с множеством людей на данный момент времени, но множественность однопорядковая. Нет никаких ведущих или ведомых элементов в множестве, нет никакой системы. Но такой плюрализм существует только в голове. Ни в природе и ни в обществе такой плюрализм не осуществляется. Опять реакционная доктрина. Из абсолютизации единичного и субъективно идеалистической доктрины – тут всё друг друга подкрепляет. Субъективно идеалистическая доктрина, абсолютизация единичного – и вот реакционная политическая доктрина, упраздняющая всякую политику, всякую закономерность общественного развития. Тем самым снимающая в сознании все социальные проблемы, но в бытии эти проблемы остаются и требуют своего решения. А с позиции идеализма их решить нельзя.

В своей работе «Материализм и эмпириокритицизм» В.И. Ленин показал, что на основе субъективного идеализма или объективного идеализма решить нельзя. В этом состоит пафос борьбы Ленина даже с товарищами по большевизму, с тем же Богдановым, против субъективно идеалистической доктрины, которую они хотят положить в основание какой-то концептуальной схемы развития общества, российского общества того периода.

Спасибо за внимание.

Понравился материал? Поделитесь с друзьями!



Теги: Владимир Огородников


Просмотров: 1562

 Программы

 Радио КТВ


 Погода